Станислав Ежи Лец

Ведьмы на процессах признавались в общении с дьяволом. Кровь закипает в жилах, когда узнаешь об этом! Как можно было принуждать к таким признаниям, когда дьявола не существует.

Но голос рассудка взывает: «Ложь, ложь! дьявол существует, он-то и был инквизитором!» Верю, что человек когда-нибудь создаст «гомункулюса», искусственного человека, но богом заклинаю его не повторять ошибки всевышнего и не создавать новое существо по своему образу и подобию! Сатирики, осторожнее со своими остротами!

У Рене Клера в фильме года «Да здравствует свобода!» рефрен одной из иронических песенок звучал так: «La travail c’est la liberte», а в 1940 году на воротах Освенцима появилась надпись: «Arbeit macht frei!».

Болдерая: район с трудным характером

Район Болдерая у рижан снискал имидж места непредсказуемого и опасного.

Однако так думают, в основном те, кто живет за его пределами.

Главное же преимущество этого рижского микрорайона — выход к морю. РИГА, 11 июл — Sputnik, Виктор Петровский . Как рассказывали мне местные жители, на въезде в микрорайон какой-то энтузиаст повесил приветствие.

«Добро пожаловать в Болдераю!», — гласит надпись, намалеванная краской на листе железа.

Какое накозание понесет человек за надписи краской на воротах

Поклониться тени, скользящей за пределами русского языка, говорят, подпорченного еврейским акцентом, видами Рима, «да» (после каждого третьего слова), английской грамматикой, ибо узка дорога, ведущая к смерти, но все толпятся, беда.

Толпятся, беда, толкают друг дружку, как будто бы поскорей хотят пробиться и заглянуть, а на что глазеть, и нельзя увидеть снаружи, и скрип предвечных дверей пугает, итак, поклониться тени, которая шепчет, скользя за пределами языка, смерти родителей, мимо стены родного дома с надписью краской – «Здесь жил» (исправлено – жид), но всё равно, разве это жизнь, а у нас и волосы сочтены, Он сказал, не бойтесь, на каждом печать лежит ангела, зверя, иерусалим, вавилон, не понять, что к чему, поклониться тени, невелика печаль, горизонтальная тень тяжела, нам её не поднять, но ляжешь у ног – и она подымется, бесплотная вертикаль.